Помощь|01/12/2012 08:22

Как я перестала бояться самолетов

Статистика уверяет, что каждый пятый авиапассажир испытывает страх перед полетом. Иногда он настолько сильный, что люди готовы отказываться от самых соблазнительных поездок – и среди этих несчастных есть даже те, кто обожает путешествия. Мы с психологом явно не понимали друг друга. От этой милой улыбчивой барышни так и веяло уютом и уверенностью, но мой мозговой паразит под названием «аэрофобия» так просто сдаваться не собирался.

Вот уже который по счету сеанс психолог пыталась убедить меня в том, что страхи мои надуманны. Покопались в детстве – историй для анализа не нашлось.

Побеседовали в рамках новомодной гештальт-терапии – без толку. Поразмышляли на тему того, что самолет – самый безопасный вид транспорта. Эта фраза, которую обычно в первую очередь говорят всем аэрофобам, для нас звучит как глобальная насмешка, какими бы доводами ее не подкрепляли. У меня для психолога были свои контрдоводы. Мы расстались, разочарованные друг другом. Я, правда, стала чуть меньше паниковать накануне вылета. А вот доктор, наслушавшись моих аэрофобских аргументов, сама стала с опаской относиться к самолетам.


Проблема моя пока еще не дошла до той стадии, при которой люди готовы даже в Москву ездить исключительно поездом и добровольно отказываются от возможности увидеть мир, никогда не выбираясь за пределы своего ареала обитания. Но страх отравлял все мое существование. Пока другие пассажиры радостно носились по магазинам беспошлинной торговли, я уныло смотрела на дно стакана, чтобы не увидеть летное поле за окном и не поддаться очередному приступу паники. В самолет я заходила на деревянных ногах и с расширившимися от ужаса глазами. Бросала вещи на полку, прижимала себя ремнем и вспоминала все известные мне молитвы. Мои попутчики спокойно засыпали сладким сном, вызывая у меня отчаянную зависть. Мне же оставалось скулить во время турбулентности, теребить салфетку, гипнотизировать часы, пытаясь ускорить ход времени, и доставать из пяток сердце, ухающее вниз на каждой воздушной яме.


Я честно пыталась бороться сама. Прислушивалась к советам – крепко поспать перед полетом, взять интересную книгу, закачать фильм, заварить зверобой, а во время приступов паники на борту обратиться к стюардессам… Авторы этих советов явно не знали, о чем говорят. Я открывала книгу, и весь полет читала одну и ту же страницу, не понимая ни слова из написанного. Фильмы тоже включала – примерно раз пять, при каждой турбулентной зоне теряя сюжетную нить. Я изучала устройство самолетов, читала инструкции, как посадить самолет в случае опасности (ну мало ли какая может быть ситуация – а аэрофоб в своем воспаленном сознании может в мельчайших подробностях нарисовать себе любой вариант развития событий).

Даже практиковалась за штурвалом авиасимулятора в Сингапуре. И честно настаивала зверобой перед полетом. А в итоге запивала им куда более действенный виски.

Однажды по дороге в Шанхай меня особенно сильно колбасило. Одна из бортпроводниц искренне пыталась помочь: подходила каждые полчаса, что-то спрашивала, рассказывала о тонкостях полета, любезно приносила лед и нарезанный лайм. Беседы с психологом не уменьшили мой страх, а вот доктор, наслушавшись меня, сама начала бояться самолетов… Но уже во время следующего перелета в ответ на свою просьбу о помощи получила от стюардессы раздраженное: «Пройдите на свое место и перестаньте заниматься ерундой!» А близкое знакомство со стюардом и вовсе стало роковой ошибкой. Забывшись, Павел травил байки из серии «а вот была у нас на борту ситуевина…», отчего моя паника только усиливалась.

В конце концов, я сдалась и начала искать лекарство – уже в медицинском смысле этого слова. Перепробовала все варианты успокоительных пилюль и сиропов для сна. Травяная химия прекрасно работала, делая меня спокойной – ровно до того момента, пока я не переступала порог самолета, где аэрофобская истерия тут же нейтрализовывала все препараты. Следующим этапом моей борьбы стал гипноз. Он казался мне прекрасной идей: я мечтала, как приду на прием, сомкну веки, добрый дядя побормочет надо моим ухом, и я проснусь другим человеком, который сможет спокойно читать книжку во время турбулентности… Какое там! Я даже не смогла толком впасть в транс. Через несколько дней, когда самолет нес меня на Шри-Ланку, я все также лила слезы на взлете. Кто бы мог подумать, что именно там меня и ждало спасение.

Эта встреча со знаменитым цейлонским хиромантом была совершенно незапланированной. Однажды во время ужина мой тамошний приятель Джиятунга начал рассказывать о местном обычае, по любому поводу обращаться к гадателям и был очень удивлен моим скепсисом. Я в хиромантов и астрологов не верила, но навестить ближайшего из любопытства согласилась. На рассвете мы отправились в деревню к главному районному специалисту по чтению ладоней. Старичок долго разглядывал линии на моих руках, и я уже приготовилась к очередному бла-бла-бла про «вас ждет большая удача, но могут помешать обстоятельства», но вместо этого неожиданно услышала: «Зачем боишься неба? Не терзай себя понапрасну. На твоей судьбе не это написано, не трать эмоции зря». Я смотрела на худого человека в белом саронге, и мне хотелось, чтобы он повторял это снова и снова. А он уже рассказывал про скорую встречу, которая изменит мою жизнь. Выйдя из комнатки со старым вентилятором под потолком и сев в самолет, я впервые в жизни не нервничала.

А вскоре сбылось и второе предсказание, окончательно излечившее мою аэрофобию, – страх отступил и сдался без боя под натиском более сильного стресса. Я влюбилась. По- настоящему. В моей, казалось бы, устаканенной жизни, где все было размеренно и практично, вдруг нашлось место чувству, которое перевернуло вверх тормашками все мое мировосприятие. И самолеты из источника угрозы превратились в мостик, связывающий нас друг с другом. Сначала я полюбила аэропорты, запах кофе и свежих булочек. Я смотрела на поджидающий меня остроносый самолет за окнами и думала не о том, что он может брякнуться на землю, а о встрече, которая ожидает меня на другом конце географии. О том, что уже совсем скоро я увижу ЕГО в толпе встречающих, кинусь на шею, отбросив в сторону свой потрепанный чемоданчик. А затем пришло и спокойствие на борту. И каждый раз теперь, когда мы вместе летим куда-то, где нам будет хорошо, я смотрю украдкой на профиль любимого или дремлю на его плече. И мне больше не страшно. Хотя, на всякий случай, я тихонько глажу пальцем линии на своей ладони. Надеюсь, они не обманут.

Оставить комментарий